АЛТЫНОРДА
Новости Казахстана

550 — летие Казахского ханства. Как это было. Айтеке Би (1644–1700 гг.)

00000288Айтеке би Байбекулы, имя и слава которого простирались далеко за пределами Младшего жуза, возглавляемого им до Абулхаир-хана, стал в свою эпоху легендой. Дата его рождения и место смерти установлены приблизительно. Айтеке би был современником Толе бия и Казыбек бия, входил вместе с ними в когорту «трех властителей дум» казахского народа в последней четверти XVII и первой половине XVIII веков. Большую часть жизни Айтеке би проводил в степных просторах к югу от междуречья Сырдарьи и Амударьи, на владениях Туранских государственных образований с центрами Бухара, Самарканд, Ургенч.

 

Прямые предки Айтеке би пользовались известностью в Степи. Так, его предок Ораз би (1299–1385) был одним из ближайших советников основателя Туранского государства Тимур хана, сделавшего своей столицей Самарканд. Считающийся после Тимур хана и Улугбека третьим известным правителем Самарканда Жалантос, приходился дядей Айтеке бию.

 

Айтеке получил разностороннее для своего времени образование, учился в знаменитом медресе Улугбека и успешно его окончил. Овладел рядом восточных языков – арабским, персидским и тюркским. С пяти лет проходил школу у известных златоустов-биев и в семье Жалантоса. Будучи еще ребенком, разговаривал с взрослыми достойно, без робости.

 

Айтеке с ранних лет прославился остроумием, красноречием, меткостью слова. По одной легенде Толе би и Казыбек би, хлопоча по возвращению куна за убиенного когда-то мужчину, прибыли в Младший жуз – род Айтеке. Спор продолжался несколько дней, но обе стороны так и не смогли прийти к согласию. И однажды, незаметно сидевший у порога юноша в сердцах промолвил: «У горных вершин есть один недостаток – нет перевала. В половодье у рек есть один недостаток – нет брода. У златоустых биев один недостаток – никому не даете слова». Сказав так, юноша встал и вышел. То был Айтеке.

 

Впоследствии Айтеке би проявил себя мудрым, справедливым бием, судьей при решении сложных внутренних и международных проблем, человеком большого ума, одаренным военным деятелем, внесшим большой вклад в организацию отпора джунгарским завоевателям. Он также обладал огромным талантом ораторского искусства, был человеком, умеющим убеждать людей. Как-то ему удалось примирить два жуза и их главных биев – самих Толе би и Казыбек би. Спор возник из-за девушки, сосватанной для юноши из Старшего жуза, но сбежавшей со своим возлюбленным из Среднего жуза. Тяжбу между Старшим и Средним жузами рассудил Айтеке би. Обратившись к биям, он произнес: «Будьте терпеливы! Нет места разуму там, где начинается раздор. Гнев подобен воде, уходящей сквозь пальцы. Дай ему волю, хлынет бурным потоком. Согласие же подобно спокойной реке. Встань у ее истоков, поймешь многое. Людям нужно жить в мире. Толе, ты верни лошадей, отданных за невесту. Казыбек, даруй свое прощение».

 

В 20 лет Айтеке би уже был известным бием. С 25-летнего возраста – постоянно принимает участие в ежегодных сборах авторитетных людей и правителей трех жузов, которые проводились сначала в Ордабасы, затем в Культобе и Улытау. На этих собраниях обсуждались проблемы упрочения единства нации, разрешались споры между биями, которые порождались различного рода разногласиями и случаями откровенной вражды между жузами и родами. Несмотря на молодость Айтеке би, его слово имело большой вес при разрешении тех или иных разногласий. На одном из традиционных сборов на вершине Культобе, обращаясь к собравшимся, Айтеке би сказал: «Не приведя народ к счастью, разве достигнет цели герой? Не воздав доблестному мужу по заслугам, разве обретет народ покой?! Там, где опора страны – муж достойный, а мужа опора – достойный народ, разве не ждут их удача и благо? Не воздав герою по чести его, сам себя унизишь. Горе накличешь, беду обретешь, коли ничтожество на трон вознесешь. Ничтожный зарится на чужое, достойный заботится о грядущем. На чужое позаришься – споткнешься. Народ благословит, коль о грядущем печешься. Истинный сын с пути не собьется – предков завет его ведет. Достойный народ с пути не собьется, если дорогой чести идет!» В 30 лет он стал старшим бием Младшего жуза. С тех пор его имя его имя фигурирует рядом Толе би, Казыбек би и Тауке-ханом. Айтеке би – один из главных авторов «Жеты жаргы», определившего впоследствии главные принципы государственного устройства и правопорядка в Казахском ханстве, способствовавшего замене принципа «кровь за кровь» «принципом справедливого наказания» и «откупа», приостановившего тем самым кровную месть между родами.

 

Он – помощник и советник Тауке-хана, сам батыр, вместе с Тауке участвовал в отражении джунгарского нападения на Сайрам.

 

Джунгарский хан Галдан-Бошакту, начиная с 1681 года, не давал покоя казахам южного региона. Накупив оружия у русских и порох у китайцев, он яростно терзал мирные казахские аулы, вклинивался в глубь страны, чинил безнаказанные разбои, добрался до города Сайрама. Потом до основания разрушил и Сайрам, разграбил близлежащие казахские и каракалпакские поселения, угнал скот, пленил тысячи юношей и девушек. Особенно пострадал от джунгарских нашествий род Алим. Не стерпев такую обиду и произвол, Айтеке би собрал из казахов-алимцев и каракалпаков пятитысячное войско, и в 1683 году выступил в поход против Галдан-Бошакту. В этом открытом столкновении казахов с войском Галдан-Бошакту, Айтеке схлестнулся с ним в одиночном поединке и победил, не прибегнув к оружию.

 

— Начнем со словесного поединка, — предложил Айтеке бию джунгарский предводитель. – Я слышал, ты непревзойденный златоуст-шешен, прозванный двужальным казахским бием. А я – калмыцкий хан. Ответь мне! Я хан в каком поколении?

 

— Верно: твой отец грозный и родовитый хан белой кости, но сам ты низменного происхождения раб. Мать твоя – рабыня, плененная в бою с китайцами.

 

— Откуда знаешь? Докажи! – потребовал Галдан-Бошакту.

 

— Можно быть и батыром, и ханом, но если в жилах течет рабская кровь, это видно по трусливым повадкам. Раб всегда оглядчив. Пока ты выбирался в круг на поединок со мной, ты трижды оглянулся назад. Не нашелся тебе на замену ни один смельчак, готовый заступиться за честь хана. Отсюда я понял, что ты не совсем из ханских кровей.

 

Галдан-Бошакту удивился ответу Айтеке би и задумался. Подобные слухи до него изредка доходили и раньше.

 

— Тогда определи моего боевого коня-тулпара!

 

— И боевой конь твой не чистых тулпарских кровей. Исстари замечено: мул похож на своего хозяина. Конь твой – помесь с ослицей.

 

— Как объяснишь?

 

— Тебя в нем привлекли его стать и выносливость. Полагаю, ты обрел коня у проезжего торгаша-сарта. Кобылица-мать рано околела, и жеребенка вспоила своим молоком ослица. Отсюда выносливость и покладистость. Когда ты выезжал в круг, конь твой замотал головой, широко разинул пасть и изо всех сил заржал. Заржал по-ослиному, с натугой, надсадно, тяжко, втягивая бока. Чистокровный тулпар так не ржет. У того ржанье звонкое, открытое, легкое, без натуги, не обрывистое. Оно льется как соловьиное пение. По этому признаку я и заключил, что конь твой – помесь с ослицей.

 

Галдан-Бошакту сник. Он выезжал в круг торжественно и важно, при всех богатых доспехах, уверенный в своем превосходстве, говорил со своим соперником нехотя, снисходительно, а приметливость, прозорливость Айтеке бия его ошеломила. Боясь осрамиться перед своим войском, он отшвырнул клинок в сторону и поехал прочь.

 

Айтеке би тоже вернулся к своим воинам. Кто-то из легкомысленных не удержался, спросил:

 

— Би-ага! Неужели и у вас душа ушла в пятки? Что же смалодушничали? Могди бы безоружного врага и сразить! Как понять ваш поступок?

 

— Ой, как ты можешь говорить подобные глупости?! – подосадовал Айтеке би. – Он как-никак хан. А я – черная кость. Сказано! Срубить голову хана может только хан. Он ведь проиграл. То, что его войско изготовилось к атаке, свидетельство проигрыша в поединке его предводителя. И теперь наступил черед показать всем вам свою отвагу и доблесть.

 

И с этими словами Айтеке би бросил воинственный клич:

 

— Аирту! Аирту! – и, выхватив клинок, первым ринулся в бой против джунгар.

 

Совместно с Тауке-ханом, получившим прозвище «великого», «благословенного», поскольку он сплотил казахские земли в рамках единого централизованного государства, имеющего собственные законы, Айтеке би содействовал объединению трех жузов против джунгарского нашествия, установлению определенного равновесия в отношениях с ойратами и русскими. На Ханских советах он неоднократно говорил, что нужно сплотить силу трех жузов, выбрать из молодых воинов-сардаров предводителя, понимающего толк в современном военном искусстве, в поисках сильного союзника не идти ни к кому в подданство. Все члены Ханского совета в душе понимали, что Айтеке би прав. И Тауке-хан поддерживал его, однако из-за распрей и интриг между спесивыми султанами и правителями-торе объединить народ не удавалось.

 

Война между казахами и джунгарами 1698 года привела к еще большему ожесточению непримиримых врагов. Нашествия на казахскую степь шли волна за волной. Весной 1699 года на расширенном Ханском совете Айтеке би, обращаясь к именитым казахским баям и предводителям родов, сказал:

 

— Вас мало. Вас горстка. И богатство ваше народ не спасет, не защитит. Хоть вы и богачи, а народ к праведной жизни не привели. Все султаны, правители-торе, предводители родов погрязли во взятках. И соблазненные подачками урусов, чапанами бухарцев и хивинцев, продают и предают свой народ налево и направо, оптом и поштучно. Иные ненасытные, властолюбивые и честолюбивые правители даже из вековой вражды с кровным врагом – джунгарами извлекают личную выгоду, плетут за спиной народа подлые интриги, вожделенно примериваются к ханскому трону. Высшая цель бия – единство народа. Высшая цель предводителя – найти выход из тупика, избежать кабалы. Несчастен джигит, потерявший родной край. Несчастен народ, лишившийся кормилицы-земли. А враг коварен и никого не жалеет. Необходимо считаться с военным положением и точно определить места обитания народа – летовки, зимовки, осеннюю тебеневку. Правители родов должны создавать постоянные вооруженные отряды, народные ополчения, сосредоточить на определенных местах, ближе к опасным границам, военные посты. Там следует проводить и венные учения. Большие аулы, богатые скотом, необходимо переселить в глубь песков Кызылкума и Каракума, во-первых, подальше от набегов, во-вторых, они по надобности должны обеспечить воинов провиантом, транспортом, джигитами-смельчаками. Не вступая ни в чье подданство, следует закупать вдосталь современное оружие. И еще целесообразно объявить особое положение и обложить всех баев, султанов, торе, родоначальников данью-налогами в виде лошадей, верблюдов, шерсти, шкур для обмена на ружья и пушки. Народ только приветствует такое и ради воли и спокойствия ничего не пожалеет. Для укрепления обороноспособности предлагаю создать при Ханском совете постоянное присутствие, которое избрало бы достойного человека, отвечающего за безопасность нашего народа. Если мы не предвидим и не предупредим все беды-напасти, народ нас не простит, а проклянет.

 

К большому сожалению, Ханский совет, в котором преобладали самолюбивые и кичливые торе и султаны, не внял разумным советам Айтеке бия. Ни одно предложение его не прошло. Это так обескуражило и расстроило бия, что он погрузился в глубокое уныние, предчувствуя грядущие тяжкие испытания и беды. Чтобы не видеть свой народ порабощенным Айтеке би умолял Всевышнего о скорой смерти. Он покинул Ханский совет, перебрался к родным местам возле Нураты. В 1700 году самый младший из трех великих биев скончался в возрасте 56 лет. Всенародного любимца, признанного батыра, шешена-златоуста Айтеке би с почестями предали земле в 75 км от Ташкента близ поселков Кауыншы и Шыназ, там, где покоились его предки Ораз, Токпан, Сейткул и отец Байбек.

 

Ушел из жизни человек, которому принадлежит выражение, что бий должен быть на высоком нравственном уровне, дабы оставить в душах современников и потомков яркий след своими разумными решениями.