Украина объявила об одном из самых заметных продвижений с начала затяжной войны: по словам президента Владимира Зеленского, ВСУ в ходе южной контратаки освободили около 300 квадратных километров территории. Это заявление прозвучало в интервью AFP и подхвачено ведущими западными медиа — что уже само по себе отражает значимость момента.
Для сравнения: за десятки месяцев боёв линия фронта менялась крайне медленно, сантиметр за сантиметром. Но последние недели показали всплеск динамики — как будто фронт вдруг “разморозился”. Анализ The Guardian отмечает, что украинские войска зафиксировали самый быстрый темп прироста территории с 2023 года.
Почему это важно? Потому что в позиционной войне даже «копанье вперед» измеряется не в километрах, а в эффекте на мораль, ресурсы и планы противника. 300 км² стали результатом точных ударов, дроновых разведок, штурмовых групп и давления на узкие участки обороны. Это уже не просто захват опорных пунктов — это системный сдвиг.
Наступление, которое меняет правила
Западные аналитики всё чаще говорят не о “рывке”, а о трансформации тактики войны. В отчётах Института изучения войны (ISW) подчеркивается: действия ВСУ на юге не просто заставляют российские силы отступать — они привязывают их резервы и нарушают стандартный порядок обороны.
Это уже не позиционная окопная война в классическом понимании — это пульсирующая линия, где каждый квадрат освобождённой земли становится “узлом давления” на противника. Аналитики из Центра стратегических и международных исследований (CSIS) отмечают, что такие продвижения имеют эффект вытеснения логистики и подрыва морального состояния обороняющейся стороны.
Ключевой фактор здесь — не только количество, но каким образом эта территория была взята. Стратегия ВСУ сочетает разведывательные дроны, средства радиоэлектронной борьбы и быстрые штурмовые группы, что создаёт эффект “внезапности” на участках, где оборона противника казалась устойчивой.
Именно поэтому даже 300 км² — это не просто “квадраты на карте”. Это сдвиг энергетики войны, когда инициатива переходит к той стороне, которая может быстрее адаптироваться, наносить удары там, где противник не ждал, и одновременно удерживать оборону там, где нужно.
Конфликт 2026 года — это не очередное наступление. Это война скоростей, технологий и адаптации, где каждый новый шаг может оказаться ключевым при определении будущего всей кампании. Если Украина сможет удержать темп и расширить плацдармы успеха, то нынешнее продвижение перейдёт из эпизода в устойчивую стратегию, меняя логику войны на южном участке.
Все новости
Бешбармак против рейтингов: почему казахская кухня — это сила, а не нечто «худшее в мире»
Удар по Воткинску: конец российскому ракетостроению?
Россия побила рекорд
