Война XXI века изменила само представление о силе. На первый план вышли не танки, не артиллерия и даже не дроны, а связь — устойчивая, быстрая, независимая от наземной инфраструктуры. Именно в этой точке история войны в Украине неожиданно пересеклась с именем Илона Маска и его спутниковой системой Starlink.
В первые дни полномасштабного вторжения Украина столкнулась с угрозой потери управления. Разрушенные вышки, перегруженные сети, уязвимые каналы связи — всё это ставило под вопрос способность государства и армии координировать действия. В феврале 2022 года украинский министр цифровой трансформации Михаил Фёдоров публично обратился к Илону Маску с просьбой предоставить доступ к Starlink. Ответ оказался быстрым: терминалы начали поступать в страну в считаные недели и сразу стали частью критически важной инфраструктуры.
Спутниковый интернет как фактор войны
Starlink очень быстро превратился из экстренного решения в системный элемент современной войны. Он обеспечил устойчивое управление войсками, координацию подразделений, передачу данных в реальном времени и работу беспилотников даже там, где наземная инфраструктура была уничтожена. Война сместилась в новую плоскость — плоскость скорости, данных и устойчивости сигнала.
Парадоксально, но ценность Starlink довольно быстро осознали и в российской армии. Уже в 2022–2023 годах терминалы начали массово завозиться на фронт контрабандой через третьи страны. Формально — гражданский интернет, фактически — жизненно важный военный инструмент. Это стало негласным признанием: без устойчивой связи современная война просто не работает.
Зимой 2026 года ситуация получила новое развитие. Украинская сторона зафиксировала использование Starlink российскими подразделениями на оккупированных территориях. Михаил Фёдоров вновь обратился к Илону Маску — уже с просьбой ограничить работу системы для России. После этого SpaceX применила технические меры контроля: геофенсинг, ограничения активации и деактивацию терминалов, используемых вне разрешённых зон. Впервые в истории частная спутниковая сеть целенаправленно ограничила доступ одной из сторон вооружённого конфликта.
Абсолютное оружие и новые правила мира
Последствия этого решения оказались болезненными для российских военных. Подразделения, которые уже встроили Starlink в свою полевую практику, столкнулись с потерей устойчивой связи, срывами управления дронами и нарушением координации. Альтернативные каналы оказались либо устаревшими, либо легко подавляемыми средствами радиоэлектронной борьбы. Попытки срочно заменить Starlink выявили глубинную проблему: собственные решения не обеспечивали нужного качества и масштаба, а доступ к зарубежным аналогам был закрыт санкциями.
Но главное здесь даже не военный эффект. История Starlink впервые показала появление нового типа силы, которую можно назвать почти абсолютным оружием. Речь идёт о возможности отключить вероятного агрессора от современного интернета и связи — и одновременно усилить жертву агрессии, обеспечив её устойчивыми средствами коммуникации прямо на поле боя. Без ракетных ударов, без прямого военного вмешательства, без ввода войск.
Это меняет не только правила войны, но и правила мировой политики. Контроль над инфраструктурой связи становится фактором стратегического сдерживания. Тот, кто владеет такими технологиями, способен влиять на исход конфликтов ещё до первого выстрела — усиливая одну сторону и ослепляя другую.
Для Казахстана этот вывод особенно важен. Мы находимся в регионе, где вопросы безопасности, суверенитета и баланса сил всегда имеют значение. В новом мире защита государства — это не только армия и техника, но и доступ к современным технологиям, цифровая независимость и способность быть частью глобальных сетей, а не их заложником.
История Starlink ясно показывает: будущие войны будут начинаться не с артиллерийских залпов, а с попыток отключить связь.
И в этих новых правилах выигрывает тот, кто контролирует сигнал, данные и скорость — ещё до того, как прозвучит первый выстрел.
