Китай укрепляется в Казахстане. В этой стране может быть обкатана новая роль Пекина в мире

Перед тем как приехать в Самарканд для участия в саммите ШОС, председатель КНР Си Цзиньпин посетил Казахстан. Это была не рутинная остановка по пути в Узбекистан, а полноценный государственный визит, причем первый после введения карантина в связи с пандемией в январе 2020 г. Можно предположить, что поездка в Казахстан перед посещением Самарканда означает, что для китайского лидера встреча с президентом Касым-Жомартом Токаевым как минимум не менее важна, чем участие в саммите ШОС.

Для Китая Казахстан – один из важнейших партнеров. Помимо нефти и газа Казахстан экспортирует в Поднебесную медь, железные и медные руды, ферросплавы, уран, цинк, пшеницу и растительные масла, закупая там электронику, электрооборудование, трубы, транспортные средства, строительную технику, одежду и проч. Еще важнее, что Казахстан является для Китая ключевым логистическим узлом. Через него в Китай поступает газ из Туркмении и Узбекистана. «Экономический пояс Шелкового пути», по которому китайские товары будут поступать на Средний и Ближний Восток и в Европу, тоже пройдет через Казахстан.

Китай активно инвестирует в Казахстан. В 2019 г. были подписаны соглашения по 55 китайским инвестиционным проектам в тяжелой промышленности, энергетике, сельском хозяйстве и финансовой сфере Казахстана на $27,6 млрд. Хотя Россия до сих пор является основным экспортером в Казахстан, ситуация постепенно складывается в пользу Китая. За полгода санкций российский товарооборот с Казахстаном вырос на 5%, а китайский – на 36,2%.

Политическая составляющая российско-казахстанских отношений не безоблачна. После того как президент Токаев отказался признать ДНР и ЛНР и поддержал территориальную целостность Украины, произошло несколько странных сбоев в транзите казахстанской продукции по территории России. Одновременно в российских СМИ появились материалы о «неблагодарности» руководства Казахстана за помощь, оказанную Россией в ликвидации январских беспорядков. Это свидетельствует об определенном охлаждении в отношениях двух стран.

На этом фоне Китай демонстрирует свою значимость для Казахстана, упирая на то, что между двумя странами не существует никаких политических или экономических проблем. Которые на самом деле есть.

Страны Запада ужесточают критику Китая из-за положения мусульманского населения Синьцзян-Уйгурского автономного района. Для Пекина критически важно, чтобы Казахстан, политика которого в значительной степени формируется с оглядкой на Запад, поддерживал Китай в данном вопросе. В Синьцзяне репрессиям подвергаются не только уйгуры, но и казахи, которых там проживает более 1,5 млн, или 7% населения региона. Казахстанские власти стараются вызволить своих граждан, попадающих в китайские «лагеря перевоспитания», но не защищают этнических казахов – граждан Китая. Такая осторожность по вкусу далеко не всем казахстанцам.

В Казахстане живет 275 000 уйгуров. В 1990-е гг. уйгурские националисты и исламские экстремисты пытались создавать на территории Казахстана и Киргизии партизанские базы, с которых осуществлялась переброска вооруженных групп в Китай. По требованию Пекина армия и полиция Казахстана ликвидировали эти базы и арестовали большое количество уйгурских активистов. Тем не менее антикитайские настроения казахстанских уйгуров никуда не делись, как не прекратились попытки подпольных организаций, таких как Всемирный уйгурский конгресс и Исламское движение Восточного Туркестана (организация признана террористической и запрещена на территории РФ), вести вооруженную борьбу против Китая с территории Казахстана.

В силу этого отношения с Казахстаном очень важны для Пекина. За день до начала визита в Казахстан газета «Казахстанская правда» поместила статью Си Цзиньпина. В ней, помимо общих слов о дружбе, высокопоставленный автор предлагает Казахстану «решительно противодействовать попыткам внешнего вмешательства» и «сообща поддерживать мир и стабильность в регионе» путем расширения сотрудничества спецслужб, министерств обороны и правоохранительных органов двух стран. По мнению ряда западных экспертов, предложение Си Цзиньпина ставит под вопрос сложившуюся негласную систему противовесов в Центральной Азии, в соответствии с которой Китай отвечал за инвестиции и экономические проекты в регионе, а Россия – за его безопасность. В январе, когда в Алма-Ате произошли кровавые беспорядки, это «разделение труда» сработало – российские десантники оперативно пришли на помощь правительству Казахстана. Но после этого начался конфликт на Украине, отвлекающий силы и внимание Москвы, причем отношения России с Казахстаном, как отмечалось выше, похолодели. А обстановка в Центральной Азии тем временем спокойней не становится, скорее наоборот. В июне произошли столкновения в таджикском Горном Бадахшане, в июле – в узбекском Каракалпакстане, а в последние дни между Киргизией и Таджикистаном развернулось нечто вроде пограничной войны.

По-видимому, в Пекине полагают, что придется выйти за пределы ответственности за экономику региона и приготовиться к возможному использованию силы. Это решение не может быть легким для китайского руководства: Китай последний раз отправлял свои войска за границу в феврале 1979 г., во время китайско-вьетнамской войны. С тех пор китайские контингенты участвуют только в миротворческих операциях сил ООН. Можно предположить, что январские события в Алма-Ате напугали Пекин (тем более что в беспорядках участвовали уйгуры) и заставили его задуматься о собственной роли в архитектуре безопасности региона.

Допустить серьезных конфликтов в Центральной Азии Пекин не может, поскольку это приведет к остановке проектов, связанных с Новым Шелковым путем, в который Китай вложил сотни миллиардов долларов. Кроме того, любой конфликт в регионе неизбежно разожжет исламский экстремизм, подавляемый, но не подавленный как в Центральной Азии, так и в китайском Синьцзяне. Поэтому, хотя Китай предпочитает финансовые инструменты влияния на международную политику, устами Си Цзиньпина он предлагает Казахстану сотрудничество в области безопасности. Поскольку для Китая важны и другие страны региона, можно предположить, что Ташкент, Бишкек и Душанбе вскоре тоже получат предложения совместно с Пекином поддерживать мир и стабильность в регионе.

Вопреки мнению ряда экспертов, Китай вряд ли намерен выдавливать Россию из Казахстана и Центральной Азии в целом. Скорее, он собирается расширить свое влияние в тех сегментах регионального сотрудничества, в которых российские позиции слабеют. Казахстан, имеющий для Китая первостепенное значение в регионе, подходит на роль первой страны, в которой Пекин начнет обкатку своей новой роли.

 

Евгений Трифонов , политолог

Вести.pу

 

ТегиКитай