Растекаться мыслию по древу. Что это значит на самом деле?

Фразеологизм «растекаться мыслию по древу» в википедии трактуется как «вдаваться в ненужные подробности, описывать детали, которые не представляют важности для общего сюжета». Первоисточником данной фразы является древнее произведение «Слово о полку Игореве», где по словам автора поэмы, Боян вещий, если кому-то хотел сложить песнь, «растекашеся мыслию по древу, серымъ волкомъ по земле, сизымъ орлом подъ облаками». Первых исследователей поэмы слова «растекаться мыслию по древу…» привели в недоумение. Что значит «растекаться мыслью по древу», такой аналогии нет в современном русском языке, с чем сравнить?

Ещё в 1833 году исследователь поэмы Н. А. Полевой предложил слово «мысль» заменить на «мысь», сославшись на опечатку переписчика. «Мысь» в северных старославянских говорах означает «белка», так было бы логичнее: раз волк по степи рыщет, орел под облаками летает, то по дереву лазает белка. Многие исследователи приняли такую поправку, но смущало то, что белка растекается по дереву. Как она может растекаться, она же лазает? Тем более в тексте поэмы есть выражение «мыслену древу» – значит, мысль как-то относится к дереву. Таким образом, окончательного решения принято не было, и в орфографические словари попала версия «мыслью по древу» как наиболее подходящая значению «говорить пустые высокопарные слова, не выражающие особого смысла».

Уверен, что и сегодня многих исследователей смущает нестыковка этого фразеологизма. Если древний поэт-певец Боян, по словам автора, «растекается мыслию по древу», то есть говорит ненужные подробности, выражаясь современным жаргоном «треплется не по существу», тогда зачем автор приплетает сюда поэтичную метафору «серым волком по земле, сизым орлом под облаками»? Чтобы подчеркнуть размер «трёпа»? Можно было и другие соответствующие эпитеты подобрать, типа «брешет как шакал», «стрекочет как сорока». И если это сарказм автора, то почему далее в поэме он называет Бояна соловьём старого времени, который «вещие персты на живые струны слагал». Автор с уважением относится к Бояну, спрашивая местами: «абы ты сïя плъкы ущекоталъ, скача славïю по мыслену древу, летая умомъ подъ облакы». Здесь сарказма и иронии вовсе нет. Мнение Бояна важно для автора, он словно невидимый цензор, с мнением которого автор соизмеряет своё повествование.

Однозначно, переводчики неправильно интерпретировали фразеологизм «растекаться мыслию по древу», отсюда и некорректный его перевод, который привел к искажению понимания общего замысла поэмы. Чтобы по-новому взглянуть на данный фразеологизм, необходимо внимательно присмотреться к фигуре Бояна. Кто он такой и откуда взялся? Этим вопросом задавались многие исследователи.

Боян впервые появляется только в поэме «Слово о полку Игореве», далее он встречается в произведении «Задонщина», посвящённой Куликовской битве, но это явный плагиат. Боян не упоминается в русском фольклоре и практически не остался в народной памяти, что дало академику Д. С. Лихачёву повод назвать его «придворным поэтом». Исследователь В. Ф.  Миллер считал, что Боян – болгарский певец и попал в «Слово…» из болгарского источника. Был такой болгарский хан Баян. Действительно, Баян чаще встречается в тюркской среде, как имя собственное, так и в топонимике.

Ещё в 1976 году казахстанский исследователь «Слова…» Олжас Сулейменов высказал идею, что поэма была написана для двуязычного читателя, основывая свое предположение на обилии тюркских слов в поэме и даже целого текста, связанных синтаксической связью. По О. О. Сулейменову, автор «Слова…» хорошо знал половецкий язык и даже разбирался в диалектах кипчакского языка: половецкие ханы говорят в поэме на разных диалектах. Если автор «Слова…» хорошо знал половецкий язык и, наверняка, знал и быт, и культуру половецкого народа или, во всяком случае, язык тюркоязычных народов, проживавших в пределах Киевской Руси, таких как чёрные клобуки, ольберы, ревуги, шапсуги, то многое становится понятным.

Когда автор утверждал, что Боян «растекался мыслию по древу», многие исследователи решили, что Боян выражался иносказательно, подразумевая под этим какие-то эпитеты, которые были понятны его современникам, и со временем затерялись в веках. Боян же, по-моему мнению, выражался куда более прямолинейно. Под выражением «растекаться мыслию по древу» автор имел ввиду древо родословное. Такое слово есть в современном русском языке – родословное  древо. Не зря же автор в поэме говорит «начнём сию повесть от старого Владимира до сегодняшнего Игоря». Владимир, по всей вероятности, это Владимир Святославович, прапрапрадед Игоря, героя поэмы. Более того, все герои поэмы являются друг другу родственниками и принадлежат к одному генеалогическому древу, о чём и говорит автор.

Почему автор, вспоминая старых князей и их потомков, сравнивает их героические деяния с серым волком и сизым орлом в небе? Да потому, что орёл и волк – это тотемные животные. Многие тюркские роды ведут своё мифическое происхождение от них, и сравнивать деяния предков с повадками волка или орла – почётно в тюркском мире.

Автор хорошо знал культуру и быт половецкого народа, да и многие русские князья были женаты на половчанках, сам князь Игорь был наполовину половец. Несомненно то, что он знал половецкий язык и знал быт и культуру этого степного народа. В тюркском мире помнить своих предков до 7 колена – это честь и обязанность. Интересно, что от Старого Владимира до Владимира Игоревича, сына героя поэмы, вместе с отцом попавшим в плен к половцам, как раз 7 поколений. Возможно, это случайность, а возможно автор неслучайно перебирает героев поэмы до 7 колена.

В тюркском мире восхвалять своих предков и гордиться ими – святое дело, примеры этому можно найти в любом тюркском эпосе, где оратор начинает речь с упоминания своих предков, пересказывая и возвеличивая их дела. И в поэме автор поддерживает подобные традиции:

— Ярослав, высоко сидишь на своём златокованном столе, подпёр горы Угорскые своими железными полками.

— Великый Княже Всеволоде! Ты же можешь Волгу вёслами расплескать, а Донъ шлемами вылить.

Учитывая вышеизложенное, фразеологизм «растекаться мыслью по древу» приобретает совершенно иное значение, и прежнее значение, понимаемое как «ненужные подробности, описывающие детали, которые не представляют важности для общего сюжета» надо признать ошибочным. Отныне предлагаю трактовать фразеологизм «растекаться мыслию по древу» как «воспоминание родословного древа».

Продолжение следует…

 

Ахметкалеев Булат Сергеевич  

Altyn-Orda.kz