На Ближнем Востоке начинает формироваться новая система коллективной безопасности, которая уже получила неофициальное название «исламское НАТО». 7 августа Турция, Саудовская Аравия и Пакистан подписали в Мекке соглашение о совместной обороне. Его главный принцип практически повторяет знаменитую пятую статью Североатлантического договора: вооруженное нападение на одну из стран рассматривается как нападение на всех участников соглашения.
Инициатива особенно важна потому, что речь идет не просто о дипломатической декларации. В союз вошли три государства, каждое из которых обладает серьезными ресурсами. Турция располагает одной из крупнейших армий НАТО и быстро растущей оборонной промышленностью. Саудовская Аравия обладает огромными финансовыми возможностями, а Пакистан — многочисленными вооруженными силами и ядерным оружием.
Эрдоган хочет расширять союз
Президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган уже дал понять, что формат трех стран может не остаться закрытым. В интервью 15 августа он допустил возможность присоединения Египта и подчеркнул, что соглашение открыто для дальнейшего расширения.
Еще более определенно высказался министр иностранных дел Турции Хакан Фидан. По его словам, при реализации видения Эрдогана союз не должен ограничиваться тремя государствами. В перспективе под общую систему безопасности могут быть приглашены и другие страны региона. Сам механизм коллективной обороны Фидан назвал технически аналогичным статье 5 НАТО.
При этом Анкара подчеркивает: новый союз официально не направлен против Ирана, Израиля или какого-либо другого государства. Турецкие власти также отвергают утверждение, что соглашение является прямой альтернативой НАТО. По официальной версии, оно должно дополнять уже существующие международные обязательства Турции.
Однако геополитическое значение происходящего от этого меньше не становится.
Военная архитектура без Запада
В течение десятилетий безопасность Ближнего Востока во многом зависела от Соединенных Штатов. Вашингтон поставлял вооружения, размещал военные базы, обеспечивал защиту морских маршрутов и выступал главным гарантом безопасности ряда арабских монархий.
Теперь региональные державы пытаются создать собственный механизм защиты.
Турция, Саудовская Аравия и Пакистан намерены проводить совместные военные учения, развивать сотрудничество оборонной промышленности и создавать постоянные политические и военные механизмы координации. В них должны участвовать министры обороны, главы внешнеполитических ведомств и руководители вооруженных сил трех стран.
Именно здесь становится заметно принципиальное отличие нового формата от многочисленных прежних деклараций об «исламском единстве». Впервые возникает структура, объединяющая турецкие военные технологии, саудовский капитал и пакистанский ядерный потенциал.
Западные аналитики уже обсуждают возможность появления самостоятельного центра силы, который сможет проводить политику независимо и от Вашингтона, и от Москвы, и от Пекина. При этом эксперты справедливо отмечают, что до полноценного аналога НАТО новому объединению еще далеко: у него пока нет единого военного командования, общей инфраструктуры и сложившихся десятилетиями механизмов принятия решений.
Но начиналось НАТО в свое время тоже с политического соглашения о взаимной защите.
Турция становится центром новой системы
Особую роль здесь играет Анкара. Эрдоган на протяжении многих лет последовательно проводит политику превращения Турции из регионального союзника Запада в самостоятельную евразийскую державу.
Турция сохраняет членство в НАТО, но одновременно развивает собственную оборонную промышленность, расширяет военное присутствие в Сирии, Катаре и Сомали и укрепляет отношения с государствами Центральной Азии, Персидского залива и Южной Азии.
Новый оборонный союз хорошо вписывается в эту стратегию.
По сути, Эрдоган пытается создать вокруг Турции систему партнерств, при которой Анкара сможет оставаться членом НАТО и одновременно быть одним из руководителей самостоятельного мусульманского военно-политического пространства.
Если к Турции, Саудовской Аравии и Пакистану действительно начнут присоединяться другие крупные государства — прежде всего Египет, — мировой баланс сил может серьезно измениться.
Пока выражение «исламское НАТО» остается журналистским определением. Но после соглашения в Мекке оно уже перестает выглядеть фантастикой.
На наших глазах возникает новый военно-политический центр, а Турция Эрдогана явно претендует на роль одного из его главных архитекторов.
