Еще недавно Россия выглядела главным экономическим центром постсоветского пространства. Огромный рынок, нефть, газ, металлы, развитая промышленность — казалось бы, именно туда должен идти иностранный капитал. Однако сегодня складывается совершенно другая картина. Казахстан привлекает новые китайские и западные проекты на десятки миллиардов долларов, тогда как Россия для многих международных инвесторов превратилась из перспективного рынка в территорию повышенного риска.
Разумеется, говорить, что Китай вообще «не вкладывает ни копейки» в Россию, было бы преувеличением. Китайско-российская торговля остается огромной, а отдельные проекты продолжаются. Но торговля и прямые долгосрочные инвестиции — далеко не одно и то же. И именно здесь Казахстан получает все более заметное преимущество.
По данным KAZAKH INVEST, только портфель казахстанско-китайского сотрудничества в 2025 году включал 224 проекта примерно на $66,5 млрд. А уже весной 2026 года казахстанская сторона сообщала более чем о 250 инвестиционных проектах с китайским капиталом общей стоимостью свыше $100 млрд.
В июне 2025 года Казахстан и китайские компании подписали еще 58 коммерческих документов более чем на $24 млрд. Среди них — энергетика, промышленность, переработка и инфраструктура.
Казахстан становится территорией, через которую Китай выходит на Запад
Причина китайского интереса не только в казахстанской нефти, уране или металлах.
Казахстан находится на маршруте между Китаем, Каспием, Южным Кавказом, Турцией и Европой. Всемирный банк прямо называет страну ключевым участником Среднего коридора, связывающего китайские и европейские рынки.
Для Пекина это означает возможность вкладываться не просто в отдельную страну с населением около 20 миллионов человек, а фактически в инфраструктурный мост через весь Евразийский континент.
Завод в Казахстане потенциально может работать и на Центральную Азию, и на Китай, и через Каспий выходить к Кавказу, Турции и ЕС. Именно поэтому китайские деньги идут в транспорт, энергетику, металлургию, машиностроение и переработку.
Показательно и другое. Когда российские компании попытались активнее привлекать финансирование непосредственно в Китае, китайские банки и инвесторы оказались значительно осторожнее. Reuters сообщал, что российские компании столкнулись с серьезными проблемами при попытках выйти на китайский рынок облигаций: китайские финансовые институты опасаются вторичных западных санкций.
Получается парадокс. Китай может активно торговать с Россией, покупать российскую нефть и продавать свои автомобили или электронику. Но строительство предприятия на десятилетия — совсем другой уровень риска.
И Казахстан здесь выглядит безопаснее.
Для Запада Казахстан — партнер, Россия — санкционный риск
Еще заметнее контраст с Европой.
Казахстанские власти оценивают накопленный объем прямых инвестиций стран ЕС в экономику республики более чем в $200 млрд. Евросоюз остается крупнейшим торгово-инвестиционным партнером Казахстана.
Дополнительный интерес появляется вокруг критических минералов, энергетики и Среднего коридора. В 2025 году ЕС объявил инвестиционный пакет Global Gateway для Центральной Азии стоимостью €12 млрд, значительная часть которого связана с транспортом, сырьем, энергетикой и цифровыми коммуникациями региона.
Американские компании также рассматривают Казахстан как важную площадку Центральной Азии. По данным Госдепартамента США, на начало 2025 года накопленный объем прямых иностранных инвестиций в Казахстане составлял около $166 млрд.
Россия находится практически в противоположной ситуации.
После вторжения в Украину более тысячи иностранных компаний покинули российский рынок или существенно свернули деятельность. Reuters оценивал потери иностранных компаний при уходе из России более чем в $100 млрд. Для потенциального инвестора проблема заключается уже не только в западных санкциях. Есть риск замораживания активов, изменения правил выхода из бизнеса и передачи предприятий под временное управление.
Именно это особенно пугает долгосрочный капитал.
Инвестор может пережить временное падение курса валюты или рецессию. Но ему значительно сложнее принять риск того, что построенный за миллиард долларов завод завтра невозможно будет продать, вывести прибыль станет трудно, а само предприятие окажется заложником международного конфликта.
Всемирный банк также указывает, что российская экономика испытывает давление из-за ужесточения санкций, дорогого кредитования и технологических ограничений.
Казахстан предлагает то, чего сегодня не может предложить Россия
Главное преимущество Казахстана — даже не количество нефти, газа или урана.
Его преимущество — возможность работать одновременно с несколькими центрами мировой экономики.
Китайская компания может инвестировать в Казахстан, не разрывая отношения с Европой. Европейская компания может построить здесь завод и работать с китайскими партнерами. Американский инвестор получает доступ к Центральной Азии и транспортным маршрутам между Востоком и Западом.
Казахстан старается не заставлять инвестора выбирать: либо Китай, либо Запад.
Россия после 2022 года все больше оказывается именно перед таким выбором.
Даже тесное политическое сближение Москвы и Пекина не отменяет простой экономической логики: китайский бизнес считает деньги и оценивает риски точно так же, как европейский или американский.
Поэтому Казахстан постепенно превращается из территории между Россией и Китаем в самостоятельный инвестиционный центр Евразии. Показателен итог 2025 года: по данным UN ESCAP, Казахстан привлек около $19 млрд инвестиций в новые проекты и стал крупнейшим получателем greenfield-инвестиций в Северной и Центральной Азии.
И это, возможно, главный ответ на вопрос, почему миллиарды сегодня идут именно сюда.
Капитал идет туда, где видит будущее. Казахстан предлагает инвесторам дороги в Китай, Европу, Центральную Азию и на Кавказ. Россия же пока предлагает им прежде всего санкционные, политические и военные риски.
В XXI веке именно эта разница может оказаться важнее запасов нефти и размеров территории.
