Россия вкладывает сотни миллионов долларов в образование стран Центральной Азии. Строит школы, открывает образовательные центры, расширяет присутствие своих университетов и запускает проекты для молодёжи. Всё это происходит на фоне того, что Казахстан и его соседи всё активнее продвигают национальные языки и собственную идентичность, передает Altyn-Orda.kz
О том, почему Москва делает ставку на образование, подробно рассказало издание «Настоящее Время». Журналисты отмечают: речь идёт не только о преподавании русского языка. Через образовательные проекты Россия рассчитывает сохранить влияние в регионе, причём ориентир — следующее поколение.
И недавний скандал в алматинской школе № 32 заставил казахстанцев вновь задуматься о том, насколько далеко может заходить такое влияние.
Сотни миллионов долларов на образование
Один из наиболее масштабных российских образовательных проектов появился в Таджикистане. В 2022 году там открыли пять школ с обучением на русском языке. Общая стоимость проекта составила около 150 миллионов долларов.
Только в школе города Бохтар учатся более тысячи детей. Всего в пяти учебных заведениях — около шести тысяч учеников. Здания построены по современным стандартам, а преподавание ведётся преимущественно на русском языке.
Но дело не только в языке. Как отмечают журналисты «Настоящего Времени», учебные программы, школьные церемонии и символика этих учреждений ориентированы на российскую культуру.
Российские власти объясняют привлекательность таких школ возможностью получить качественное образование и в дальнейшем поступить в российские университеты. Родители тоже видят в этом практическую выгоду: обучение на русском открывает дополнительные карьерные и образовательные перспективы.
Однако эксперты, опрошенные изданием, рассматривают эти вложения и как инструмент долгосрочного влияния Москвы.
«Ориентир — следующее поколение», — так один из собеседников издания охарактеризовал российскую образовательную стратегию.
А что происходит в Казахстане?
Здесь российская политика имеет свои особенности. В отличие от Таджикистана, где открыли сразу несколько русскоязычных школ, в Казахстане Москва делает больший акцент на высшем образовании и профессиональной подготовке.
По данным, приведённым в публикации «Настоящего Времени», Владимир Путин в мае 2026 года заявлял, что в российских университетах учатся около 60 тысяч граждан Казахстана. Кроме того, в нашей стране работают филиалы восьми российских вузов.
Но школьное направление тоже развивается.
В феврале 2026 года стало известно о планах открыть совместные казахстанско-российские школы в Кызылорде, Таразе и Туркестане. Предполагается углублённое изучение русского языка, математики и естественных наук.
Кроме того, Казахстан и Россия обсуждают создание образовательного центра «Сириус» в Алматы. Российская сторона рассматривает его как площадку для развития талантливых детей и подготовки специалистов.
Получается, что образовательное сотрудничество постепенно охватывает разные уровни — от школьных программ до университетов и профессиональной подготовки.
Почему Россия так заинтересована в молодёжи региона?
В «Настоящем Времени» обращают внимание на важную тенденцию: молодое поколение Центральной Азии всё чаще интересуется английским и китайским языками, а также возможностями образования за пределами постсоветского пространства.
Для Москвы это означает, что прежнее культурное и образовательное влияние уже нельзя считать гарантированным.
Поэтому Россия расширяет неформальные образовательные проекты, организует лекции, встречи и программы для молодых специалистов. Один из примеров — «Школа о Центральной Азии», объединяющая молодых людей из России и стран региона для обсуждения общественных и политических вопросов.
В публикации также приводится мнение эксперта, который считает, что такие инициативы направлены на формирование долгосрочных связей с будущими поколениями руководителей и специалистов.
При этом образовательные проекты сами по себе не доказывают наличие пропаганды. Но они позволяют Москве сохранять культурное и языковое присутствие, а также формировать устойчивые связи с молодёжью.
Лекция в Алматы: случайность или часть большой картины?
На этом фоне особое внимание привлекла история в школе № 32 Алматы. В октябре в соцсетях распространилось видео выступления представительницы Россотрудничества перед школьниками.
Женщина рассказывала о сохранении исторической памяти, Великой Отечественной войне и общем историческом наследии. Детей также пригласили принять участие в проекте «Исторический марафон». На фоне выступления пользователи заметили советский флаг и георгиевскую ленту.
Публикация вызвала бурную реакцию. Казахстанцы задавались вопросом, почему представители российской государственной организации проводят исторические мероприятия в казахстанской школе и кто контролирует содержание таких лекций.
Особенно много претензий касалось того, что разговор об общей истории не должен ограничиваться советским периодом и Великой Отечественной войной. Пользователи напоминали о голоде, коллективизации, политических репрессиях и декабрьских событиях 1986 года.
В управлении образования Алматы сообщили, что мероприятие прошло 19 октября в школьном музее и было посвящено памяти участников войны. Там подчеркнули, что все мероприятия в образовательных учреждениях должны соответствовать законодательству Казахстана и принципам уважения к независимости и суверенитету страны.
Однако отдельной оценки содержанию выступления ведомство не дало.
Именно поэтому история вышла за рамки обычного школьного мероприятия. На фоне масштабных российских образовательных проектов в Центральной Азии казахстанцы всё чаще обсуждают, где заканчивается культурный обмен и начинается продвижение чужой государственной повестки.
Вопрос не в том, нужно ли Казахстану сотрудничать с Россией в сфере образования. Такое сотрудничество существует давно и может быть взаимовыгодным. Вопрос в другом: кто формирует содержание образования, какие исторические темы получают внимание и насколько самостоятельно казахстанские школы определяют, чему учить детей.
Ведь речь идёт не просто о школьных зданиях, языках и учебниках. Речь идёт о том, каким следующее поколение будет видеть историю своего государства и своё место в мире.
